Конституционный Суд РК поддержал позицию Бизнес-омбудсмена по защите бизнеса от обвинений в ОПГ

Важным первым шагом на пути к полной победе в деле освобождения предпринимательства от обвинения в организованной преступности стало Нормативное постановление Конституционного Суда от 25 июня 2025 года № 72-НП (Постановление 72).

В основу пункта 5 Постановления 72 легла правовая позиция Бизнес-омбудсмена, которую он представил Конституционному Суду (КС) с целью устранения в Уголовном Кодексе (УК) размытых формулировок и терминологического разграничения понятий преступной группы, вооружённой преступной группы и организованной преступной группы (ОПГ).

«На фоне фундаментальной неопределенности понятия ОПГ в нашем законодательстве указанные нормы права действительно допускают чрезмерно расширительное толкование признаков ОПГ и тем самым фактически приравнивают предпринимателей, совершивших экономические правонарушения, к участникам ОПГ по формальным признакам организационных структур коммерческих предприятий», - отметил Канат Нуров.

Поводом для изложения им такой правозащитной позиции стало обращение в КС предпринимателя Жупказиева М.Д., осужденного на 9 лет за уход от налогов. Он требовал проверить на соответствие Конституции часть 3 статьи 245 по уклонению от налогов в «преступной группе» и статью 262 УК о создании ОПГ, а также пункты 11 и 13 Нормативного постановления Верховного Суда от 21 июня 2001 года №2 (НПВС 2) «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за бандитизм и другие уголовные правонарушения, совершенные в соучастии», касающиеся признаков ОПГ.

КС прямо признал, что установленные статьей 262 УК признаки ОПГ во взаимосвязи с положениями пунктов 11 и 13 НПВС 2 создают риск такой правоприменительной практики, когда руководители и работники коммерческих организаций при отсутствии преступных умысла, мотива и цели могут быть привлечены к уголовной ответственности не только за совершение экономических правонарушений, но и за создание ОПГ, руководство ею или участие в ней.

КС подтвердил, что в следственной и судебной практике отсутствуют положения, позволяющие четко дифференцировать предпринимательские объединения, допустившие правонарушения в сфере хозяйственной деятельности, и преступные группы, созданные изначально в противоправных целях.

КС установил, что предпринимательская деятельность по своей природе сопряжена с экономическими рисками и возможными с ними нарушениями законодательства, что не всегда свидетельствует о наличии преступного умысла.

Приветствуя Постановление 72, Бизнес-омбудсмен считает «его лишь первым шагом на пути к полному освобождению экономических правонарушений бизнеса от обвинений в ОПГ, так как оно не могло, с учетом компетенции КС, разрешить во всей глубине проблему фундаментальной размытости определения ОПГ в нашем законодательстве».

Недавно принятая Парламентом 6 часть ст.31 УК о том, что участники, менеджмент и иной персонал корпораций не могут быть признаны «преступной группой» только в силу организационно-штатной структуры за исключением случая заведомо преступной цели предприятия, также не разрешает этой проблемы. Обвинение бизнеса в ОПГ здесь ставится в зависимость от преступной цели предприятия вообще, а не от особой преступной цели по созданию ОПГ.

Поэтому КС напрямую рекомендовал Правительству усовершенствовать уголовное законодательство с учетом правовых позиций КС, а Верховному Суду - обобщить судебную практику с целью определения четких критериев разграничения официальной деятельности персонала коммерческих организаций и противоправной деятельности ОПГ с учетом субъективных и объективных признаков состава преступления.

В целях полноценной реализации этих рекомендаций КС Бизнес-омбудсмен направил письмо в Верховный Суд по актуализации их нормативного постановления о признаках ОПГ и готовит соответствующее письмо в Правительство для совершенствования УК в части внесения определения ОПГ как неформального объединения физических лиц, профессионально осуществляющего высокоорганизованную и устойчивую бандитскую  деятельность по извлечению и легализации незаконных доходов от насильственного контроля над преступными, теневыми и иными видами бизнеса.

«Теперь благодаря выходу Постановления 72 возникла возможность окончательного разрешения проблемы правовой неопределённости уголовного законодательства относительно чётких и довольно общеизвестных признаков ОПГ:

- профессиональный характер бандитской деятельности мафиозного типа с целью укоренения и расширения влияния в отраслях и на территориях (местного, регионального и республиканского уровня);

- нелегальный насильственный контроль над преступными, теневыми и иными видами бизнеса, включая легальные;

- систематическое извлечение незаконного дохода от рэкета и иного силового вымогательства и\или принуждения бизнеса и граждан к преступному сотрудничеству», - прокомментировал Бизнес-омбудсмен.

Ссылка на выступление в Конституционном Суде:
https://ombudsmanbiz.kz

Ссылка на письмо в Верховный Суд:
https://ombudsmanbiz.kz